Полная версия сайта Мобильная версия сайта

VELVETовое интервью. Решиться на встречу Дмитрию Шепелеву было непросто

Накануне Нового года Дмитрий Шепелев презентовал книгу, которая стала сенсацией 2016 года.

В книжном магазине собралось немало народа, чему гражданский муж Жанны Фриске был приятно удивлен:

— По мне прийти в книжный 30 декабря можно только, если там выступают Познер или Акунин. Потому особенно радостно, что вы нашли время в предпраздничной суете.

1.jpgОбложка книги Дмитрия Шепелева «Жанна»

Решиться на встречу с читателями Дмитрию, по его словам, было непросто. Особенно учитывая то, как в Москве прошла пресс-конференция, приуроченная к выходу книги.

— На самом деле, чудовищная ситуация. Человека уже нет, а кто-то позволяет себе его обсуждать, вместо того, чтобы достойно молчать. На пресс-конференции в Москве мне хотелось говорить о том, что главная задача этой книги — дать опору тем, кто столкнулся с раком. 

Но вопросы-то звучали какие! «С кем сейчас Ваш сын? Куда делись деньги? Общаетесь ли Вы с родителями Жанны?» Ни один из журналистов не спросил про рак. А ведь именно об этом стоит говорить!

Однако, встречи с читателями, а не с акулами пера, проходили совершенно по-другому. На них пришли именно те люди, для которых я и писал книгу — они или кто-то из их близких услышали страшный диагноз. Многие из гостей решились взять микрофон и рассказать свою историю — как шла их борьба с раком.

11.jpgНа презентации книги «Жанна»

Поначалу встреча напоминает школьный урок.

— Кто уже прочел книгу? — вопрошает сотрудница магазина. — Расскажите!

Пришедшие скромно отводят взоры, словно двоечники, забывшие о домашней работе напрочь. Руку скромно тянет лишь одна хрупкая блондиночка в первом ряду.

— Ну, ничего, — принимает оправдывать публику дама. — У нас книжка только-только в продажу поступила. А тут три выходных грядет. Я считаю, за это время можно ее осилить.

Шепелев скромно улыбается.

В интернете книга надела немало шума. Злые языки упрекали мужчину в том, что он хочет попиариться на смерти знаменитой певицы. Будто предвкушая вопросы из этой серии, Дмитрий сказал:

— Вы наверняка хотите узнать, что будет с деньгами. Сразу отвечу: те деньги, которые зарабатываю лично я на этой книге, передаю в первый московский хоспис. Потому я прошу, чтобы книгу покупали, и не вижу в этом ничего постыдного.

14.jpgДмитрий Шепелев и Жанна Фриске

Поначалу публика стеснялась задавать вопросы, поэтому Шепелев начал рассказ сам.

— В этой книге нет того, за чем так охотятся журналисты. Она в первую очередь о любви. Там есть история нашего с Жанной знакомства, наши путешествия, появление на свет нашего сына. Но большая часть посвящена все же болезни. В книге много простых повседневных рекомендаций: медицинских, психологических и где-то бытовых.

Дмитрий признался: идея создания книги появилась давно — они обсуждали это еще с Жанной. И у того есть четыре причины.

— Во-первых, я хотел дать людям важную информацию. Когда на нас свалилась эта беда, мы растерялись. Непонятно было куда бежать, к каким врачам обращаться, каким способом можно собрать деньги… На русском языке каких-то практических советов не было вообще.

Второй причиной стал страх. Шепелев признался: ему и Жанне было безумно страшно. Но с подобным диагнозом столкнется каждый третий житель Земли. Задача книги «Жанна» — показать людям, болеющим раком, что они не одиноки.

Третья причина — это желание отблагодарить всех небезразличных людей за участие в судьбе Жанны Фриске. Когда мир узнал о ее проблемах со здоровьем, огромное количество людей стало звонить, писать Жанне, желая поддержать ее.

— Ну и четвертый пункт — я хотел сохранить воспоминания. Они ведь меркнут со временем. Мне безумно хотелось сохранить нашу историю такой, какой я ее помню сейчас. Чтобы эту историю прочел наш сын, когда подрастет.

7.jpgДмитрий Шепелев и Жанна Фриске

— Когда появилась идея написать книгу? — раздался первый вопрос из зала.

— Мы узнали о диагнозе в 2013 году, когда были в Майами. Сперва, конечно, как и все обыватели задавали себе вопросы «Почему? За что?». Когда поняли, что ответов на них не существует, решили, что стоит описать все, как есть. 

Несколько месяцев я не мог выжать из себя ни строчки. А потом взял диктофон и стал говорить-говорить-говорить. Работу над книгой я завершал уже один — случилось это летом 2016 года. Когда я поставил последнюю точку, то испытал невероятное облегчение. Мне не придется больше к этому возвращаться. 

Все-таки и терапевтический эффект для меня был колоссальный — я высказал все, что было на душе.

4.jpgБеременная Жанна Фриске

— Если бы удалось отмотать время назад, чтобы Вы изменили? Каких-нибудь ошибок можно было избежать?

— Я уверен, что с точки зрения медицины все было сделано абсолютно правильно. Жанне ведь давали всего два месяца, а она прожила два года. Смогла взять на руки нашего сына, спеть ему колыбельную… 

Единственное, в чем я чувствую себя виноватым, это в том, что мы не сразу стали говорить о проблеме (видно, что отвечать на этот вопрос Дмитрию тяжело: он то и дело замолкает, словно пытаясь сдержать слезы — прим. автора). Но, поймите, страх заставляет закрыться, спрятаться. Особенно если знаешь, что за тобой следят, стараются тайком сфотографировать, ты шифруешься еще больше. 

Первым моим инстинктивным желанием было скрыть наше горе. Скрыть не ради себя, а ради нее. Я не хотел, чтобы Жанну, первую красавицу страны, такую солнечную, увидели измученную болезнью. Мне очень запомнился разговор с Эрнстом. Он сказал: «Публичность — это ответственность. Людям интересно не только то, во что вы одеты, где путешествуете, как зовут вашего ребенка. Им важна правда. Вы обязаны поделиться своим опытом, чтобы другим было проще». 

После этого разговора и вышел эфир программы «Пусть говорят», где рассказали о болезни Жанны. Наверное, стоило раскрыть тайну раньше.

— Когда испортились Ваши отношения с родителями Жанны? Пройдена ли точка невозврата?

— Точка невозврата была пройдена в момент нашего знакомства. Я не люблю обсуждать наши с ними отношения. Всегда был сторонником того, что сор из избы выносить не надо. Я не хочу говорить ничего плохого об этих людях. Ничего хорошего сказать о них я не могу. Поэтому предпочитаю молчать. 

Могу сказать лишь одно: каждый переживает боль по-своему. Я верю в то, что если ты хочешь сделать больно другому, то, скорее всего, сам сейчас испытываешь боль.

5.jpgЖанна Фриске с сыном Платоном

— Молились ли Вы за здоровье Жанны?

— Буду откровенен: я не религиозен. Корни всего этого ищу в детстве. Ведь ребенку с малых лет стоит говорить о Боге, объяснять, что он не на небесах, а в сердце. Со мной на такие темы не говорили. Я с большим уважением отношусь к религиозным людям. Сам не очень умею разговаривать с Богом, но соглашаюсь с тем, что это необходимо.

— Чему Вас научила болезнь?

— Есть только сегодня. Вчера и завтра значения не имеют. Подумать только: несколько лет назад я впервые зашел в хоспис. До того момента я смутно представлял, что это за место. Мне казалось, хоспис — значит смерть. Ты туда зашел — и почти сразу умер. Но это оказалась маленькая усадьба, окруженная цветущим садом. Птички поют… А в глазах людей не было страха. Я видел в них спокойствие, умиротворение.

Оказалось, хоспис — это больше про жизнь, вернее про то, как закончить ее достойно. Вспоминаю наш разговор с лечащим врачом Жанны. Он сказал, что рак — это записка, оставленная, чтобы мы не забывали о своей недолговечности. Мы все умрем. Кто-то раньше, кто-то позже. И этого не стоит бояться.

— Были ли какие-то предпосылки рака? Неужели Жанна никогда ни на что не жаловалась?

— В том-то и загвоздка: никаких предпосылок не было. Врачи просят проходить обследование раз-два в год. Но кто это делает? Ничего не болит — все хорошо. А вот оно как бывает… Я был уверен в том, что Жанна — самый здоровый человек на Земле.

— Но говорили, что у нее начались сильные головные боли после участия в шоу «Последний герой»…

— Домыслов много. Вспоминают и «Последний герой», и «Каникулы в Мексике», и «Цирк со звездами». Это неправда. Не верьте всему, что пишут.

3.jpgЖанна Фриске во время шоу «Цирк со звездами»

— Какой была Жанна во время болезни?

— Жанна — это один из самых больших оптимистов, которых я встречал. Она никогда не унывала и верила в то, что лучшее возможно. А вообще, крохотный ребенок — мощный стимул для того, чтобы быть оптимистом. 

Жанне хватало сил на то, чтобы иронизировать над происходящим, шутить. Болезнь не победила ее желание нравиться, стремление быть красивой женщиной.

Был момент, когда рак отступил, и мы получили несколько счастливых месяцев. Я уже успел привыкнуть к тому, что вижу любимую в больничном костюме. Это уже не удивляло меня. Но вот когда Жанна, спустя год борьбы с недугом, стала на каблуки, я был шокирован. У нее хватило упрямства для того, чтобы на шпильке спуститься по лестнице. И мы вместе отправились в театр…

— Не мешала ли Вашим отношениям разница в возрасте?

— Я думаю, это скорее вопрос к Прохору Шаляпину. Наша с Жанной разница в возрасте — девять лет. И она абсолютно не чувствовалась. Конечно, в каких-то вещах Жанна была намного терпеливее, мудрее меня.

13.jpgЖанна, которая в тот момент шла на поправку после лечения в США, гуляет с сыном Платоном, мамой Ольгой Владимировной и сестрой Натальей по берегу моря

— Кто выбирал фотографию для обложки?

— Я. Для меня было принципиально важно, чтобы книгу украсил незасвеченный раньше снимок. Хотелось найти кадр, где Жанна такая, какой я ее помню: искренняя, позитивная, «неглянцевая». 

Я встречался со многими фотографами, у которых были снимки Жанны. И мне очень повезло, что удалось обнаружить именно эту фотографию. Если вы присмотритесь, то увидите, что она не обработана: остались даже мелкие морщинки. Это Жанна, которую можно было увидеть с утра. Или вечером, перед сном. Или когда она встречалась с подругами.

Чтобы напечатать название книги, использовали почерк Жанны. Нужные буквы брались из ее дневников, писем. Единственное, над чем пришлось работать, — заглавная «Ж». В ее реальном почерке это была невообразимая закорючка. Так что букву немного изменили. 

Издательство просило разместить в книге фото из нашего семейного архива. Я отказался. Книга не должна была превратиться в историю путешествий. Не об этом я хотел рассказать. Поэтому, на мой взгляд, одного фото на обложке достаточно.

8.jpgДмитрий Шепелев с сыном Платоном

На прощанье кто-то несмело интересуется, где Дмитрий Шепелев будет встречать Новый год. Он охотно отвечает:

— В Минске с сыном. Платон уже здесь, он сходил на елку во Дворец Республики. Представление ему очень понравилось — сказал, лучше Фиксиков и Маши и медведя.

Фото: www.kino-teatr.ru, she-win.ru, she-win.ru, joinfo.ua, teleprogramma.pro, graziamagazine.ru, dni.ru, life.ru

VELVET: Юлия Василюк
Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии.

Комментарии

Всего комментариев (1) Последнее сообщение
Lapka аватар

Жаль, смерть не выбирает.

#
Система Orphus