Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Любовь не из учебника. Чехов

Или, Скандал в благородном семействе

Неизвестно, какой именно любви в этой истории больше.

Поздней любви зрелой женщины к молодому художнику?

Хладнокровной любви рассудительного мужа к взбалмошной жене? 

Циничной любви гениального писателя к художественной точности?

Мелочной любви читающей публики к громким скандалам?

Всякого понамешано в этой истории, вошедшей в мемуары современников под названием «скандала с «Попрыгуньей».

Скандал разразился в одночасье: шуры-муры талантливого, но крайне бедного московского художника Исаака Левитана с замужней и, по счастливому совпадению, очень богатой Софьей Кувшинниковой, происходящие прямо на глазах ее мужа, полицейского врача, стали сюжетом нового рассказа самого модного из московских писателей, хорошего левитановского друга и завсегдатая вечеров у Кувшинниковой, Антона Павловича Чехова.  

443px-isaac_levitan_selfportrait1880.jpg

А что еще прикажете думать о рассказе, в котором стареющая светская львица берет под свое покровительственное крыло молодого художника и начинает крутить с ним роман прямо под носом мужа-врача?

Все бы ничего — писатель не может не писать о том, что видит. Но Чехов и Левитан были закадычными друзьями. Не разлей вода. Они дружили практически семьями и допускали друг дружку в святая святых собственных мыслей и планов.

Кстати, знаете ли вы, что Левитан, великий пейзажист, вообще не умел рисовать людей, и единственная фигура человека, которую мы можем видеть на его картинах, женский силуэт на аллее  картины «Осень в Сокольниках» — это работа Михаила Чехова, брата Антона Павловича?

Когда один художник безвозмездно и безымянно отдает свое творение славе и имени другого — это на самом деле большая дружба.

Современники в один голос утверждают: да, это было чеховская ошибка. Ну не надо было делать главную героиню рассказа хозяйкой московского салона. Или ее молодого любовника нужно было делать не художником. Ну или хотя бы мужа — не врачом. Как-то стоило быть осторожнее, бережливее, точнее в деталях, что ли. А то получилось: взял и разразился пасквилем на своего самого лучшего друга.

Разумеется, друзья немедленно разругались: Чехову было категорически отказано от дома Кувшинниковой, Левитан наотрез отказался с ним общаться, а московская публика, охочая до скандалов, разделившись на два лагеря («он имел право!» — «он не имел права!»), с удовольствием принялась раздувать пожар взаимной ненависти.

526px-chekhov_1903_arm.jpg

Конечно, нужно было быть поосторожнее. На самом деле Софья Кувшинникова была единственным человеком в мире, который дал Левитану настоящую любовь, настоящую заботу и настоящую крышу над головой — жуткая нищета, в которой он вырос и в которой выучился рисовать, отступила только перед напором любящей женщины.

И сам врач Кувшинников — мы не знаем, почему, да это и не важно — был абсолютно спокоен, принимая в своем доме очевидного Софьиного обожателя.

В конце концов, какое дело может быть постороннему — пусть даже и большому другу — до того, чем и как живут люди, соединенные любовью?

Впрочем, когда посторонний — писатель, ему всегда и до всего есть дело…

VELVET: Анна Северинец
Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии.

Комментарии

Всего комментариев (2) Последнее сообщение
Mee аватар

Классно Happy Не могу решить, имел или не имел права. Жаль, что потерял друга, да, но Чехов - гений, я бы ему все простила 

Умняша аватар

Чехов вообще был большой оригинал...Но талантище, этого не отнять.

#
Система Orphus