Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Герои или эгоисты? Семья из России решила сохранить беременность, зная, что ребенок не выживет

Буквально на первом УЗИ пара узнала: у плода есть патологии развития несовместимые с жизнью. Диагноз не оставлял ни малейших надежд: было ясно, что ребенок или родится мертвым, или проживет несколько дней.

velvet_j.jpeg

Но, даже четко понимая это, пара решила сохранять беременность.

История россиян Ирины и Максима Андрюшиных из тех, что делят общество на два лагеря. 

«Хотелось подержать своего ребенка на руках»

По словам Андрюшкиных, общество их решение восприняло крайне негативно. Врачи долго уговаривали сделать аборт, а знакомые крутили пальцем у виска: «Вы что, ненормальные? Зачем вам это надо?».

Говоря о своей мотивации, супруги отмечают: им хотелось увидеть ребенка, понять на кого он больше похож — на маму или папу — подержать его на руках.

«Почему-то в нашей стране принято считать, что если родители убили внутриутробно своего ребенка с патологией, то это нормально, все сочувствуют. А если родители приняли другое решение — оставить, родить и любить, несмотря на то, что он болен, — то все родители осуждают, не понимают», — рассказала в интервью журналистам телеканала «Дождь» Ирина.

В итоге поддержку супруги получили лишь в детском хосписе «Дом с маяком» — там год назад появилась программа помощи родителям, которые во время беременности узнали о страшном диагнозе своего ребенка.

Рожала Ирина в роддоме, сотрудничавшем с хосписом. На родах присутствовала доула, которую заранее посвятили в историю.

У Андрюшиных родилась девочка, ее назвали Радой. Она прожила 16 дней. Семья даже успела сделать фотосессию с малышкой. Супруги подчеркивают: они никого не агитируют повторять их непростой опыт, но важно начать говорить в обществе о том, что у родителей есть право принимать осознанное решение.

«Это не героизм. Это жестокость»

В ответ на публикацию «Дождя» на портале «Медицинская Россия» появился текст врача Маргариты Алексеевой.

Доктор утверждает, что у Андрюшкиных очень странное понимание любви к ребенку:

«Убила ребёнка, к сожалению, природа, допустив у него летальную мутацию, а вы, родители, сделали эту смерть более долгой и мучительной».

Алексеева утверждает: цивилизованное решение в подобной ситуации — это сделать аборт, чтобы минимализировать страдания ребенка и риски для женщины.

Не стоит героизировать решение «рожать, чтобы посмотреть, на кого будет похож». Врач считает поступок Андрюшкиных садистским способом самоутвердиться, а также называет его «мастурбацией на собственные страдания».

«Некоторые люди видят в этом особый духовный урок, какую-то свою миссию, некоторые просто очень религиозны. Причины не столь важны, и мне кажется, ни одна причина не может оправдать этого в высшей степени эгоистичного решения», — рассуждает Алексеева о родителях, решивших рожать заведомо обреченного ребенка.

В комментариях к тексту пишут о том, что в ситуации Андрюшкиных государство не должно финансировать чужой «героизм»: ведь каждый день пребывания ребенка в реанимации обходится довольно дорого, а эти деньги можно было бы потратить на детей, у которых есть шанс излечиться:

«Если официально диагностирована нежизнеспособность плода, то роды становятся бессмысленным испытанием для родителей и профессионально рискованным мероприятием для врачей. Если хотят потешить своё эго и продемонстрировать свою высокую духовность, пусть делают это за свой счёт, а не пускают на ветер кучу денег из и без того скудных ресурсов нашей медицины. Хотите извлечь урок? Извлекайте, но сначала заплатите. Такие роды однозначно должны проводиться на коммерческой основе».

У кого больше прав: у ребенка или родителей?

В контексте истории Андрюшкиных, стоит вспомнить другой медицинский прецедент. Несколько лет назад мир переживал за судьбу 10-месячного Чарли Гарда из Великобритании.

velvet_j.jpegРодители Чарли Гарда

Родители ребенка и врачи судились. Первые считали, что медики обязаны поддерживать в неизлечимо больном малыше жизнь всеми доступными способами. Вторые говорили, что это негуманно — заставлять ребенка страдать, ради того, чтобы родители чувствовали себя героями.

Свою точку зрения по этому вопросу высказал даже Папа Римский, который считал, что нельзя прекращать оказывать медицинскую помощь Чарли. Родители ребенка боролись за то, чтобы им разрешили перевезти сына в одну из пяти клиник мира, где врачи готовы были принять Чарли. Однако, суд стал на сторону врачей и разрешил им отключить мальчика от аппаратf искусственной вентиляции легких.

А Бельгия стала первой страной мира, разрешившей детскую эвтаназию. Там считают, что ребенок, испытывающий сильную боль, имеет право сам принимать решение вне зависимости от того, чего хотят его родители. Перед эвтаназией врачи должны убедиться в том, что ребенок действительно невыносимо страдает. В прошлом году два тяжелобольных мальчика 9 и 11 лет стали самыми юными пациентами, подвергшимися эвтаназии.

Вопрос о том, что приоритетнее — желание взрослых людей хотя бы ненадолго почувствовать себя родителями или право ребенка не испытывать страданий — остается открытым.

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
VELVET
#
Система Orphus