Говорят, любая женщина — продажна. Абсолютно любая.

И дело ни в ее воспитании, нравственности,  жизненных принципах или психологических установках. Дело просто-напросто в цене.

Кто-то продает себя за среднемесячную зарплату мужа. Кто-то — за трехкомнатную квартиру, дачу и машину. Кто-то — за виллу на Багамах и коллекционный Роллс-Ройс. А кому-то достаточно бутылки портвейна. Кто сколько пишет на своем собственном ценнике.

Приличное общество обычно осуждает проституток. Вот мол, девки продажные, торгуют своим телом, ложатся с каждым за копейки.

При этом первая из осуждающих живет с нелюбимым мужем, но в богатом коттедже, вторая гуляет от постылого супруга с молодым, охочим до денег любовником, третья готова на что угодно, лишь бы ее отвели под венец, четвертая спит со своим шефом ради продления контракта…

Если хорошенько разобраться — некому, некому в этом обществе бросить в проститутку камнем.

Как-то так вышло, что все мы так или иначе продаемся за какую-то, часто совсем неприличную, цену.

Вот молодая пара, терпящая постоянные придирки и моральные издевательства от властных родителей только потому, что те расщедрились им на квартиру.

Вот муж, терпеливо ожидающий жену от очередного любовника, потому что это женина квартира, женина машина и ребенок, который в случае чего останется жить с матерью…

Вот старушка-мать, без единого стона сносящая побои и оскорбления пьяного сыночка, потому что кто-то же должен присматривать за ней в старости.

Вот школьник, который моет посуду и выносит мусор только потому, что к новому году ему обещан настоящий горный велосипед.

Торг начинается с самого детства: съешь кашу — получишь конфету, выучишь уроки — поиграешь в компьютер, хорошо закончишь четверть — купим ролики, выйдешь замуж за приличного человека — будет тебе квартира, а если ослушаешься — фигу с маслом.

Так что свой собственный ценник к совершеннолетию мы, как правило, уже знаем.

И только редкие счастливцы, которым в детстве конфеты и велосипеды доставались только потому, что родителям хотелось сделать детям приятное, только те замечательные люди, которые съедали кашу потому, что она была вкусной, только те редкие ученики, которые учились не за оценки, а за знания, вырастают без ценника.

На них просто нет цены.

И поэтому они — не продаются.

А отдают себя просто так. Потому что любят.