Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Имя твоей улицы. Зачем вы к нам, товарищ Гикало?

Такие улицы красивыми, наверное, не бывают.

И вот она, улица Гикало, такая: как нелюбимый ребенок у матери, как сорокалетняя девушка, отчаявшаяся найти жениха. А ведь самый центр, казалось бы, строй да радуйся. А что-то не дает.

Всегда удивлялась: вот он, поворот на улицу Гикало, яркий, мажорный, по-белорусски аккуратный, чистенький, прямо фантик.

velvet_1.jpg

А вот она — улица. Честное слово, когда читаешь рекламные объявления о «тихом центре», «уютных двориках», «комфортной городской архитектуре» — а ведь именно так характеризуют эту улицу — думаешь: она ли это?

Или эта серость, этот холод, эти некрасивые углы и неряшливые линии — только фантом, городской морок, злой мираж?

velvet_2.jpg

velvet_5.jpg

Как им плохо, как им страшно друг с другом — улице и ее герою, домам — и их злому гению, городу — и Николаю Гикало.

velvet_3.jpg

Он приехал к нам из Москвы в январе 1932 года. К этому времени Николай Федорович Гикало был одной из самых значительных фигур в партии: несгибаемый большевик, бескомпромиссный руководитель, железный управленец.

Да, это при нем в Минске в сжатые темпы и рекордными методами возводят Оперный театр, Дом Офицеров, Дом Правительства, Дом Пионеров — Николай Федорович большой любитель искусства и покровитель всяческих наук. 

Вы помните эти дома? Серые громадины посреди меланхолического, утонувшего в романтической зелени провинциального Минска? 

3gikalo.jpg

Культура и искусство тяжелой поступью лучшего из сталинских псов входила в республику.

Он был самым верным из верных сталинцев, Николай Федорович Гикало, украинец по рождению, партийный работник с Кавказа, первый секретарь ЦК КП(б) Узбекистана, первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджана, отныне — и наш герой. 

Чувствуете высшую партийную логику?

В жесточайшей борьбе с вечно непокорными чеченами и несознательными басмачами крепла и наливалась сталью рука, которая должна была в конце концов навести порядок и в северо-западном крае. 

Только что здесь разгромили никогда не существовавшую организацию (ну и что, что ее не было? Громили так, как будто была), только что выслали сотни разнообразных контрреволюционеров вместе с их мещанским барахлом — книгами, рукописями и конспектами университетских лекций, только что выпроводили и контрреволюционное отродье в лице их вражеских жен и не менее вражеских детей. И нужен был железный человек, который довершит великую стройку. 

velvet_7.jpgНиколай Гикало с женой Натальей на открытии Дома Правительства в Минске

Кто, как не Гикало?

И он взялся. Гикало был очень активным, очень инициативным, он не мог ждать, он должен был все делать быстро, качественно и на века. Есть такие люди. Гвозди бы делать из этих людей — крепче бы не было в мире гвоздей.

Сегодня Николай Федорович Гикало известен как создатель культа личности Сталина в нашей стране, организатор и идейный вдохновитель массовых политических репрессий, родоночальник тех процессов, которые завершились самой страшной в истории человечества акцией ко дню рождения комсомола — массовым расстрелом белорусской интеллигенции 29 октября 1937 года во внутренней тюрьме НКВД, когда за одну ночь было уничтожено 108 крупнейших деятелей белорусской науки и культуры.

Вот вам, белорусы, опера и балет, дом офицеров и дом пионеров. Серым бетоном — и навсегда.

Как это происходило?

Технология сегодня хорошо известна. Для начала Гикало привез в республику свою команду низших и средних руководителей, которых знал еще по Кавказу и Средней Азии: руководители-белорусы переводились в другие республики, арестовывались, потихоньку убирались на ничего не значащие должности. Так что теперь никакого местечковства, кумовства, всякого «братэрства» и прочей контрреволюционной ерунды. 

velvet8.jpg

Вслед за культом, ощутимо и быстро растущим в Москве, начал создаваться и здешний, удельно-княжеский культ: именем Гикало стали называться заводы, газеты и пароходы, пионерские дружины и комсомольские первички.

«Наш мудрый руководитель», «непоколебимый большевик», «отец белорусского народа», Гикало встречал праздничные демонстрации и манифестации, на которых массово несли его портреты. Так создавался фон.

А дальше — просто руководство. Темпы коллективизации насильно ускорялись, распоряжения одно жестче другого летели в регионы. Планы по раскулаченным, массовые отправки крестьян в Сибирь, массовые аресты железнодорожников за отказ одного совестливого везти раскулаченных зимой на полустанок — это все личные распоряжения товарища Гикало, великого строителя Дома Пионеров и большого любителя оперы.

То же — на заводах. Бесконечные партийные чистки, бесконечные исключения из партии с соответствующими оргвыводами.А республика была ох как плоха! Чистить и чистить, высылать и высылать! 

В докладной записке на имя Н. Ежова Гикало пишет: 

«Мы имеем теперь ряд предприятий, где количество исключенных превышает количество коммунистов на предприятиях. В связи с этим ЦК КП(б)Б ставит вопрос о выселении из Белоруссии в тыловые республики и области до 1000 человек наиболее опасных врагов, которые исключены из партии, и выселении большинства исключенных из пограничных районов в тыловые районы республики». 

velvet_9.jpgНиколай Гикало (справа) и его безымянный товарищ по работе в г. Грозном

И это самая мягкая из записок Гикало — о выселении. Раз дело плохо — нужно следить! За каждым! Именно Гикало лично распорядился и во многих случаях — возглавил сбор компромата на всех (абсолютно всех!) руководителей среднего и высшего звена Беларуси.

Директора заводов, фабрик, школ, театров, кружков, народных хоров и пионерских дружин — у всех отныне был личный компромат. Его могли и не пускать в дело — он лежал до своего часа, медленно и верно, как это водится в отечественной бюрократии, пополняясь бумагами, записками, подслушанными разговорами… Люди жили, а папочки росли. На каждого.

Подпись Гикало стоит на всех документах, по которым люди исключались из партии, увольнялись с работ, арестовывались и подвергались преследованию. Именно при нем, по его личной инициативе и под его руководством набрал ход маховик репрессий 1937 года — до 18 марта Гикало отдавал распоряжение за распоряжением об арестах, слежке, следствии.


А в марте его внезапно сняли. Услали в Харьков руководить всего-лишь горкомом. Остановили на полном ходу.

А что он думал?

В пылу кипучей чекистской работы как-то и не заметил, как сколотил в Минске троцкистскую национал-фашистскую организацию. Удивлены, гражданин Гикало? Мы тоже! Но люди — люди дают признательные показания! Десятками! Сотнями! Вы, говорят, были у них за главного!

Он и сам все подпишет — после пыток, на которые и в Харькове нашлись мастера. Был, организовывал, планировал, хотел. Все подпишет. Он-то лучше других знал: выхода уже нет. Совсем. Его расстреляли 25 апреля 1937 года.

Обычная история.

Вот только нам-то она — за что?

VELVET: Анна Северинец
Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии.

Комментарии

Всего комментариев (2) Последнее сообщение
Тати аватар

Замечательно написано. Замечательно название статьи. Действительно, зачем оно нам...

Kozlik Mozlik аватар

За что за что...
За слабость.

#
Система Orphus