Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Имя твоей улицы. Зачем вы к нам, товарищ Гикало?

Такие улицы красивыми, наверное, не бывают.

И вот она, улица Гикало, такая: как нелюбимый ребенок у матери, как сорокалетняя девушка, отчаявшаяся найти жениха. А ведь самый центр, казалось бы, строй да радуйся. А что-то не дает.

Всегда удивлялась: вот он, поворот на улицу Гикало, яркий, мажорный, по-белорусски аккуратный, чистенький, прямо фантик.

velvet_1.jpg

А вот она — улица. Честное слово, когда читаешь рекламные объявления о «тихом центре», «уютных двориках», «комфортной городской архитектуре» — а ведь именно так характеризуют эту улицу — думаешь: она ли это?

Или эта серость, этот холод, эти некрасивые углы и неряшливые линии — только фантом, городской морок, злой мираж?

velvet_2.jpg

velvet_5.jpg

Как им плохо, как им страшно друг с другом — улице и ее герою, домам — и их злому гению, городу — и Николаю Гикало.

velvet_3.jpg

Он приехал к нам из Москвы в январе 1932 года. К этому времени Николай Федорович Гикало был одной из самых значительных фигур в партии: несгибаемый большевик, бескомпромиссный руководитель, железный управленец.

Да, это при нем в Минске в сжатые темпы и рекордными методами возводят Оперный театр, Дом Офицеров, Дом Правительства, Дом Пионеров — Николай Федорович большой любитель искусства и покровитель всяческих наук. 

Вы помните эти дома? Серые громадины посреди меланхолического, утонувшего в романтической зелени провинциального Минска? 

3gikalo.jpg

Культура и искусство тяжелой поступью лучшего из сталинских псов входила в республику.

Он был самым верным из верных сталинцев, Николай Федорович Гикало, украинец по рождению, партийный работник с Кавказа, первый секретарь ЦК КП(б) Узбекистана, первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджана, отныне — и наш герой. 

Чувствуете высшую партийную логику?

В жесточайшей борьбе с вечно непокорными чеченами и несознательными басмачами крепла и наливалась сталью рука, которая должна была в конце концов навести порядок и в северо-западном крае. 

Только что здесь разгромили никогда не существовавшую организацию (ну и что, что ее не было? Громили так, как будто была), только что выслали сотни разнообразных контрреволюционеров вместе с их мещанским барахлом — книгами, рукописями и конспектами университетских лекций, только что выпроводили и контрреволюционное отродье в лице их вражеских жен и не менее вражеских детей. И нужен был железный человек, который довершит великую стройку. 

velvet_7.jpgНиколай Гикало с женой Натальей на открытии Дома Правительства в Минске

Кто, как не Гикало?

И он взялся. Гикало был очень активным, очень инициативным, он не мог ждать, он должен был все делать быстро, качественно и на века. Есть такие люди. Гвозди бы делать из этих людей — крепче бы не было в мире гвоздей.

Сегодня Николай Федорович Гикало известен как создатель культа личности Сталина в нашей стране, организатор и идейный вдохновитель массовых политических репрессий, родоночальник тех процессов, которые завершились самой страшной в истории человечества акцией ко дню рождения комсомола — массовым расстрелом белорусской интеллигенции 29 октября 1937 года во внутренней тюрьме НКВД, когда за одну ночь было уничтожено 108 крупнейших деятелей белорусской науки и культуры.

Вот вам, белорусы, опера и балет, дом офицеров и дом пионеров. Серым бетоном — и навсегда.

Как это происходило?

Технология сегодня хорошо известна. Для начала Гикало привез в республику свою команду низших и средних руководителей, которых знал еще по Кавказу и Средней Азии: руководители-белорусы переводились в другие республики, арестовывались, потихоньку убирались на ничего не значащие должности. Так что теперь никакого местечковства, кумовства, всякого «братэрства» и прочей контрреволюционной ерунды. 

velvet8.jpg

Вслед за культом, ощутимо и быстро растущим в Москве, начал создаваться и здешний, удельно-княжеский культ: именем Гикало стали называться заводы, газеты и пароходы, пионерские дружины и комсомольские первички.

«Наш мудрый руководитель», «непоколебимый большевик», «отец белорусского народа», Гикало встречал праздничные демонстрации и манифестации, на которых массово несли его портреты. Так создавался фон.

А дальше — просто руководство. Темпы коллективизации насильно ускорялись, распоряжения одно жестче другого летели в регионы. Планы по раскулаченным, массовые отправки крестьян в Сибирь, массовые аресты железнодорожников за отказ одного совестливого везти раскулаченных зимой на полустанок — это все личные распоряжения товарища Гикало, великого строителя Дома Пионеров и большого любителя оперы.

То же — на заводах. Бесконечные партийные чистки, бесконечные исключения из партии с соответствующими оргвыводами.А республика была ох как плоха! Чистить и чистить, высылать и высылать! 

В докладной записке на имя Н. Ежова Гикало пишет: 

«Мы имеем теперь ряд предприятий, где количество исключенных превышает количество коммунистов на предприятиях. В связи с этим ЦК КП(б)Б ставит вопрос о выселении из Белоруссии в тыловые республики и области до 1000 человек наиболее опасных врагов, которые исключены из партии, и выселении большинства исключенных из пограничных районов в тыловые районы республики». 

velvet_9.jpgНиколай Гикало (справа) и его безымянный товарищ по работе в г. Грозном

И это самая мягкая из записок Гикало — о выселении. Раз дело плохо — нужно следить! За каждым! Именно Гикало лично распорядился и во многих случаях — возглавил сбор компромата на всех (абсолютно всех!) руководителей среднего и высшего звена Беларуси.

Директора заводов, фабрик, школ, театров, кружков, народных хоров и пионерских дружин — у всех отныне был личный компромат. Его могли и не пускать в дело — он лежал до своего часа, медленно и верно, как это водится в отечественной бюрократии, пополняясь бумагами, записками, подслушанными разговорами… Люди жили, а папочки росли. На каждого.

Подпись Гикало стоит на всех документах, по которым люди исключались из партии, увольнялись с работ, арестовывались и подвергались преследованию. Именно при нем, по его личной инициативе и под его руководством набрал ход маховик репрессий 1937 года — до 18 марта Гикало отдавал распоряжение за распоряжением об арестах, слежке, следствии.


А в марте его внезапно сняли. Услали в Харьков руководить всего-лишь горкомом. Остановили на полном ходу.

А что он думал?

В пылу кипучей чекистской работы как-то и не заметил, как сколотил в Минске троцкистскую национал-фашистскую организацию. Удивлены, гражданин Гикало? Мы тоже! Но люди — люди дают признательные показания! Десятками! Сотнями! Вы, говорят, были у них за главного!

Он и сам все подпишет — после пыток, на которые и в Харькове нашлись мастера. Был, организовывал, планировал, хотел. Все подпишет. Он-то лучше других знал: выхода уже нет. Совсем. Его расстреляли 25 апреля 1937 года.

Обычная история.

Вот только нам-то она — за что?

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
VELVET: Анна Северинец

Комментарии

Всего комментариев (2) Последнее сообщение
Тати аватар

Замечательно написано. Замечательно название статьи. Действительно, зачем оно нам...

Kozlik Mozlik аватар

За что за что...
За слабость.

#
Система Orphus