Полная версия сайта Мобильная версия сайта

VELVETовое интервью: русскоязычный писатель о белорусском книгоиздании

Я долго искала героиню или героя, которые согласились бы поговорить со мной начистоту о том, как живется русскоязычному автору в белорусском литературном процессе.

Не маститого, закаленного в кулуарных интригах писателя, не лауреата-победителя всевозможных конкурсов, а настоящего бойца, оттуда, с передовой, где нет ни связей, ни спонсоров, ни поддержки прогрессивной общественности, где есть только мечта и вера. И вы знаете — никто не соглашался. Тонкий вопрос. Скользкий.

Опасный. Мало ли — кого обидишь, а тебе в этом мире еще издаваться.

Не побоялась только одна писательница — начинающий автор детских стихов и сказок Надея Ясминска.

Как вышло так, что простая девочка Надя стала писательницей Надеей Ясминска?

velvet_1.jpg

В то время меня уже сложно было назвать девочкой — я была простым преподавателем университета с четырехлетним стажем.

Мечту стать писателем я давно носила где-то внутри, но все не решалась начать — наверное, время не наступило. Но, в конце концов, организм созрел. Дождавшись летних каникул, я поставила себе цель: издать первую книгу. И расписала эту цель на множество мелких подпунктов и этапов, чтобы конечный результат казался не таким уж страшным и невозможным. В середине осени сборник фэнтези-стихов «Зеленые песни Эрминтии» был у меня на руках.

Потом в течение года появились сказки «Рыцарь с чистым именем» и, конечно же, «Книгармония». И я поняла, что «сбыча мечт» — это проще, чем кажется.

velvet_2.jpg

Как вы издавали свою первую книгу?

Поделюсь своим опытом самиздата. Итак, первое: у вас должна быть рукопись. Рукопись — это нечто цельное, логически завершенное. Большинство молодых авторов начинают с издания сборников: стихов, рассказов, зарисовок. Не собирайте эти части в беспорядочную кучу, продумайте, с чего начнется ваша книжка, чем она закончится, какова последовательность произведений.

Нужно ли предисловие? Может, стоит добавить иллюстрации? А что насчет названия? И очень важно определить свою целевую аудиторию: кто будет покупать книгу и зачем. Это весьма пригодится на последующих этапах.

Когда рукопись готова, а образ книги в голове начал обретать краски и глубину, нужно озаботиться поиском редактора или издательства. Лично я начала с редактора и нашла его контакты на просторах интернета. Но можно сразу написать в несколько издательств и заказать у них услугу редактуры, а заодно и узнать стоимость издания книги.

velvet_3.jpg

Хочу отметить, что работа редактора необходима в 99% случаях.

Очень самонадеянно заявлять: «Мой текст и так хорош!». Даже если нет претензий к сюжету, почти всегда обнаруживаются повторы, неясности, логические нестыковки. Редактор также может указать на свойственные вам ошибки: перегруженность метафорами, излишний пафос, разжевывание и так понятной ситуации... В любом случае, редактор — это вам не друг, которому книга «ой, понравилась!» или «фу, не понравилась!». Это специалист с более-менее объективным суждением.

Также над текстом должен поработать корректор. Он проверит правильность написания слов и знаки пунктуации. Иногда редактор делает и эту работу, но чаще всего «дает наводку» на нужного человека. В случае с «Зелеными песнями Эрминтии» редактором был Анатоль Кудласевич (он же и написал предисловие к моему сборнику), а корректором — его жена Вероника.

Следующий шаг — обращение непосредственно в издательство.

Мое первое издательство мне посоветовал Анатоль, и я согласилась, поскольку стоимость и условия меня устраивали. Однако сейчас я бы обратила внимание на следующие факторы: окончательная цена одного экземпляра и всего тиража, связь издательства с книжными магазинами города, готовность издательства помогать при распространении... Мое мнение: оптимальный тираж первой книжки — не более двухсот экземпляров (хотя издатель будет уговаривать минимум на пятьсот). Реализовать книгу не так просто, как кажется, раздарить — тоже плохой вариант, поэтому пачки нераспроданных творений будут грузом лежать на сердце. Если книжка хорошо разойдется, всегда можно напечатать дополнительный тираж, и это обойдется дешевле — не нужно платить за дизайн, верстку и прочее.

Когда рукопись отправлена в обработку, начинается самый приятный этап. Ты понимаешь: механизм запущен. Верстальщик присылает не просто электронный документ, а реальные развороты твоей будущей книги. И их нужно изучить внимательно: верстальщики тоже люди и не просто делают ошибки — иногда целые абзацы пропадают. Согласовываешь обложку. Подписываешь финальный вариант. И... ждешь. А ждать иногда приходится долго, поскольку у типографии свои сроки и заказы. В целом, период создания первой книги у меня занял четыре месяца. В июле я обратилась к редактору, а в октябре уже получила на руки свои бумажные сокровища.

Что было самым сложным на всех этапах от замысла до распространения книжки?

velvet_4.jpg

Известный «эффект края» справедлив и здесь. Самыми сложными были первый этап (принятие решения) и последний (реализация уже готовой книги).

Изменить свой образ жизни — не просто выпустить книжку, а начать позиционировать себя как писателя — очень нелегко. И страшно, и непонятно, начинают грызть сомнения: а кому это нужно, кто будет меня читать? Начинаешь ловить косые взгляды, вроде «творческая личность, ну-ну». Возникает куча причин и отговорок, удерживающих тебя от этого первого шага. Так бывает почти всегда и почти со всеми, иначе люди не мечтали бы втихомолку, а смело реализовывали свои мечты. Я считаю, что умение исполнять свои желания — это не талант, а навык, который приобретаешь постепенно, после долгих тренировок.

Реализация авторской книги в Беларуси — это отдельный пункт и, не побоюсь этого слова, отдельная беда. Если вы начинающий, малоизвестный автор, то в книжных магазинах вас попросту не найдут (разве что покупатель идет конкретно «за вами»). На самых популярных точках продажи — книжных ярмарках, крупных интернет-магазинах — с отдельными авторами не работают, только с проверенными издательствами, в основном российскими.

Некоторые белорусские магазины (например, филиалы «Белкниги») готовы принять книгу на реализацию, только не ждите от них хорошего мерчендайзинга. Ваш сборник втиснут среди сотен таких же книг, и тонкий корешок с едва различимым названием затеряется в гамме остальных.

В известной «Академкниге», к примеру, есть «унылый шкаф» — так я его называю. Там находятся книги белорусских авторов. Они никак не отсортированы по жанру, их не кладут на красиво обставленные полки с надписями «поэзия» или, допустим, «детская литература». Эти книги — как воспитанники интерната: мол, знайте свое место! Неважно, на русском языке они или на белорусском. У меня возникла смешная ситуация, когда я выпустила раскраску.

Обыкновенную детскую раскраску с яркой обложкой. И ее запихнули в «унылый шкаф», хотя напротив была целая полка для раскрасок и вырезалок. Естественно, родители, которые хотели купить подарок своему чаду, шли именно к тематической полке, а не к шкафу с белорусскими книгами. Сколько я ни просила переместить раскраску туда, ничего не вышло: «наши» авторы должны быть здесь. Понятное дело, что с такой раскладкой шансы продать книгу минимальны.

Больше всего книг я продала через собственную группу в социальных сетях и интернет-площадки объявлений типа ay.by или second.by. Это отнимало много сил, и я часто жалела, что не выпустила свои книги меньшим тиражом. Хотя для приобретения опыта и первичного пиара такие шаги были бесценны.

velvet_5.jpg

Столкнулись ли вы с «национальным» вопросом?

Обошлось без синяков и шишек, но да, сталкивалась. Первый звоночек прозвучал, когда на большой книжной выставке планировалась культурная программа со многими авторами моего издательства. Я тоже было в списке. Но потом время программы по объективным причинам сократили, и оттуда вычеркнули всех русскоязычных. Я была разочарована (еще бы, первое в моей жизни выступление как писателя). Но не обиделась. Потому что знала: издательство позиционирует себя как белорусскоязычное и имеет право само отбирать участников своих мероприятий. Но через несколько месяцев я устраивала презентацию «Зеленых песен Эрминтии» и попросила коллег разместить объявление на сайте — вдруг кого-то заинтересует. На что получила такой ответ: «Конечно, я размещу. Но к вам вряд ли кто-то придет. У нас тут все «беларускамоўныя»...

Вот тогда я была, мягко говоря, удивлена. Ведь молодой автор очень нуждается в поддержке более опытных литераторов. А тут почти что бойкот... Самое смешное, что на презентацию я пригласила белорусскоязычную группу Alta Mente — не из-за языка, а просто потому, что мне нравились их песни.

velvet_6.jpg

Как вы считаете, русскоязычный автор в Беларуси — чью литературу развивает и поддерживает?

Хочется верить, что он поддерживает литературу в целом. Наверное, я скажу крамольную вещь: для меня не существует русской, белорусской, французской или индокитайской литературы. Только хорошая литература, средняя или плохая. Если книга мне нравится, то мне безразличны национальность, вероисповедание или ориентация автора. Я обычный читатель, не литературовед, не историк, и потому рассматриваю произведения так.

В отношении фильмов ведь такого не происходит? Недавно пересматривала любимую комедию «Вокруг света за 80 дней». Фильм снят совместно Германией, США, Ирландией и Великобританией, а в главных ролях — гонконгский и австрийский актеры. Чей кинематограф развивает эта лента? Мы не задумываемся об этом, а просто получаем удовольствие от просмотра.

Меня уже спрашивали, как я отношусь к белорусскоязычной литературе. Я отвечала: как к любой другой. Если автор талантлив и «цепляет» — читаю с удовольствием. Если книга мне не нравится — не вижу причин умирать от восторга лишь потому, что она на белорусском. Может, это не слишком патриотично, зато, по крайней мере, честно.

Вы считаете себя русской или белорусской писательницей?

Конечно, белорусской. У меня никогда не было проблем с самоидентификацией. Белорусской, но пишущей на русском языке. В странах, где два и более государственных языка, такое вполне может быть. Адам Мицкевич писал на польском языке, но мы считаем его своим родным поэтом. Известная создательница «Муми-троллей» Туве Янссон была финской писательницей, но писала на шведском. Тем не менее, именно в Финляндии находится ее знаменитый музей-скансен. А если выйти за рамки литературы, то возьмем хотя бы белорусскую группу «Da Vinci», которая исполняет песни на итальянском языке. Что же, открестимся от них и объявим итальянцами?

Просто для многих вопрос белорусского языка — очень больной. И есть люди, которые принимают позицию «Кто не с нами — тот против нас». Опасная фраза. Хоть изначально она из Библии, но была популярна в первые годы советской власти и обычно ассоциируется с агрессивной революционной пропагандой. А чем закончилась та пропаганда, думаю, напоминать не стоит.

foto_knig_s_prezentacii_nadya_yasminskaya.jpg

Будете ли вы писать по-белорусски?

Сейчас готовится к изданию мой сборник сказок на белорусском языке, «Сем руж». Я очень долго над ним работала, а консультировала меня белорусская поэтесса Оля Чайковская. Наши встречи были невероятно интересными, я еще никогда так глубоко не погружалась в язык. Например, узнала, что крышка сундука — это «вечка», а крышка котла — «накрыўка». Мы выбирали старые, атмосферные слова, чтобы придать особый вкус повествованию.

Вот «хлебцы» у нас были не «хлябцы», а «перапечкi». Удивительно звучит, правда? Вместо слова «велiканша», которое стандартно предлагал словарь, использовали «волатка». И между «медным» и «медзяным» выбирали, естественно, последнее.

Очень хочу освоить тарашкевицу. Мне нравится пробовать ее на вкус. Когда я прочитала «Каваль зь Вялiкага Вутану» Толкина в переводе Антона Францишка Брыля, то поняла, что тарашкевица — это язык волшебных историй и фэнтези, почти что эльфийский язык (да простят меня филологи). И все же работы на белорусском планируются в виде отдельных проектов, поскольку они отнимают у меня много времени и сил. В целом я буду продолжать писать на русском — том языке, на котором умею достаточно четко формулировать свои мысли.

foto_nadeya_yasminska.jpg

Но ведь белорусскоязычной действительно проще: и издаться, и выделиться, все-таки у нас в литературе не так высока конкуренция в писательской среде по сравнению с русскоязычной средой.

Приходит на ум такая средневековая параллель. Предположим, я лучник, хорошо владеющий луком и стрелами. Иду наниматься в отряд. А мне там говорят: «Знаете, нам, вообще-то, нужен мечник.

Вот сложите свой лук, берите в руки меч, и милости просим». Но разве может лучник, четко умеющий натягивать тетиву и попадать в цель, так же хорошо знать технику боя на мечах? Это другое оружие, другая школа.  В этом случае мне лучше идти туда, где меня примут с моими знаниями и умениями.

То же самое и с писателями. Язык — это наше оружие. И случается так, что ты воин именно лука, а не меча, что ты хорошо владеешь каким-либо одним языком, а не несколькими. Вот возьму я сейчас словарь и начну писать по-белорусски, но разве это будет естественный язык? Такой же топорный и корявый, как и перевод любителя с русского на английский. Можно переучиться, начать много читать и говорить на белорусском, осваивать различные обороты, пополнять словарный запас. Но на это уйдет несколько лет. Неизвестно, есть ли у меня это время. Пока мне хочется просто писать и воплощать свои идеи в жизнь.

Возможно, белорусскоязычным действительно легче выделиться и издаться. В любом деле есть пути, которые кажутся проще, но это не значит, что они тебе подходят. Вспоминается пословица: не плыви по течению, не плыви против течения, а плыви по своим делам.

fotosessiya_fotograf_ekaterina_ermachenkova.jpg

На ваш взгляд, как должен решаться языковой вопрос в Беларуси?

Постепенно. Я думаю, эту проблему не решить «огнем и мечом», неприятием и бойкотами. Ярым приверженцам беларускай мовы стоит понять, что есть русскоязычные белорусы, а не «расейскiя урлы». И если ты разговариваешь на русском языке, вовсе не значит, что ты спишь и видишь, как бы присоединить Беларусь к Российской Империи и стереть все признаки национального самосознания. С другой стороны, русскоязычным не следует считать тех, кто разговаривают на белорусском языке, фашиствующими националистами, которые — дай им только волю! — сожгут и развалят все вокруг, и установят свои порядки. Тут нужен диалог и адекватное восприятие друг друга.

Часто приверженцы каких-либо идей выбирают самый легкий и самый неэффективный способ донесения своей позиции — унизить, «загнобить», показать, что они правы, а ты нет. «Если ты ешь мясо, значит, ты не человек», «если ты не хочешь родить ребенка, значит, ты не женщина», «если ты не говоришь на роднай мове, значит, ты не белоруска». Хочется отодвинуть этих людей подальше от себя, а вслух согласиться: «Как угодно — не человек, не женщина, не белоруска. Вам же виднее». Это тупиковый путь, и мне жаль, некоторые интересные и талантливые люди им пользуются.

Гораздо сложнее не кидаться обвинениями, а привлекать на свою сторону, показывать: «у нас есть нечто красивое для вас». В случае с белорусским языком это могут быть концерты, представления, те же самые книги. Музыка, слова, фразы остаются в голове, и вскоре ты начинаешь неосознанно повторять их. Это уже первая ступенька.

Ведь человек, независимо от своих взглядов и идей, всегда стремится к красоте. 

Фото: Екатерина Ермаченкова, Владимир Карелин, Сергей Козлов

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
VELVET: Анна Северинец

Комментарии

Всего комментариев (22) Последнее сообщение
Kozlik Mozlik аватар

Боже боже, кого я вижу... Мила, мила. 

Надя, к чему византийская деликатность... Это беларуско говорящие беларусы должны понять наконец что их очень мало, и до них никому в сущности нет дела. Люди говорят на чем хотят, пишут на чем хотят, и просто так сменить язык не получится, потому что это не чейто подлый заговор а вопрос эффективности коммуникации. Проблема, как ты ее называешь,  не будет решена ни огнем и мечем, ни тихой сапой - а просто никогда.  Ну разве что по штуке в месяц каждому говорящему на мове начнут платить ))). 

Ясминска аватар

Привет) Удивительно читать первый комментарий именно от тебя) 
В той сфере, к которой я себя сейчас отношу, белорусскоязычных достаточно много. И в большинстве своем это умнейшие люди, профессионалы - редакторы, писатели, журналисты. Они могут оказать тебе поддержку... и порой не оказывают, с формулировкой: "Девочка, ты определись, на какой ты стороне". 
Сразу подчеркну, что не все такие. Но встречаются. 
А языковая проблема... решать ее могут лишь те люди, которые понимают, как это сделать. Я пока что не понимаю. Хотя принимать друг друга можно без лишней крови. 

Kozlik Mozlik аватар

Жизнь, это борьба, Надя. Где за высокими принципами прячутся финансовые потоки, дети, квартиры, теплые места. А со средой этой тебе к сожалению придется жить. Попала ты на двойные вилы - с одной стороны больное самомнение, удел малых народов, с одной стороны вечный серпентарий "талантов". Литераторы, поэты... музыканты. Ну надо же...  с аудиторией в 100, 1000 человек.  И они просят тебя определиться за кого ты... 

Так что плюнь на почетные лысины, и иди своей дорогой. Я в общем и не удивлен тому что ты выбрала этот путь. У тебя подходящая эмоциональность. Чуткая, собирающаяся внутри в нервный комок. Изливать ее на бумагу - самое оно. 

Ясминска аватар

Аудитория гораздо больше, на самом деле. 
А за слова спасибо) 

Kozlik Mozlik аватар

Удивляй меня. 
Вовке привет. Танцуете? 

 

Ясминска аватар

Нет, не танцуем. 

Сигрун аватар

венуха аватар

Какая красивая девушка ! И очень красивая фотосессия!

Ясминска аватар

Когда я отсылала фотографии, то указывала имена фотографов. К сожалению, их не напечатали. Поэтому восстанавливаю справедливость: 
"современная" фотосессия - Сергей Козлов;
фэнтези-фотосессия в зеленом платье - Екатерина Ермаченкова;
фотографии в красном платье - моего мужа, Владимира Карелина. 
И всем мастерам своего дела огромное спасибо! 

Анна Северинец аватар

Надя, моя вина! Не заметила! Прошу прощения у вас и у фотографов:) Сейчас поправим! 

Ясминска аватар

Аня, тут, я думаю, никто не в обиде! Спасибо за работу и возможность высказаться. Пока отвечала на вопросы, я столько всего передумала, задавала себе вопросы, которых ранее касалась лишь поверхностно. Интересный опыт. На самом деле интересный!
Вот тебе и Набоков Happy А я на него идти не хотела! 

Анна Северинец аватар

На самом деле у меня уже личная почта раскалилась от сообщений по теме:) И что радует - никакого деструктива, только конструктивное обсуждение вопроса. Почему-то, правда, люди предпочитают по теме высказываться в личке:) И все хвалят героиню за смелость и позицию:) 

По следам нашей беседы уже договорилась на два интервью:) То есть тему подняли, теперь будем всесторонне освещать:) В том числе и с другой стороны:) 

Ясминска аватар

Как хорошо, мне будет интересно это прочитать. 

Kozlik Mozlik аватар

меня копирайты не тревожат. 

Kozlik Mozlik аватар

тут как минимум 2 фотосессии. 

СтихиЯ аватар

Отличное интервью, девочка просто прелесть и большая умница. Уважаю за напор и смелость, не многим удается осуществить такого рода мечту.

Тати аватар

Какое интересное интервью!!!

И фотографии просто замечательные!!!!

Interested аватар

колоритная леди Happy

Андрей Жвалевский аватар

для меня не существует русской, белорусской, французской или индокитайской литературы. Только хорошая литература, средняя или плохая

Подписываюсь двумя руками.

Мне кажется, что национальная принадлежность литературы -- вообще не вопрос. Это проблема только для узкого клана литературоведов и критиков, которых слушают и читают сами же литературоведы и критики. Читателю важен текст. А на каком языке он был изначально написан, в какой стране, кем себя считает автор -- дело одиннадцатое.

И вообще очень разумное интервью. Успехов, Надея!

P.S. Только одна правка: редактура нужна не в 99%, а в 100% случаев. )))

Ясминска аватар

Андрей, спасибо большое за пожелание)

А именно 99% я упомянула, потому что люблю литературный стиль детского писателя Фреда Адры, а он всегда издается в авторской редакции. При этом лично для меня его текст безупречен. Вот почему я сделала вывод, что все-таки не 100%. 

Андрей Жвалевский аватар

Да, Фред велик...

Но и ему редактор не повредил бы. )))

Впрочем, это субъективно. 

Kozlik Mozlik аватар

#
Система Orphus