Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Та война

Наверное, сегодняшние тридцати-сорокалетние – это последнее  поколение, которое  постоянно обращается к генетической памяти поколений о той  войне, страшной, тяжелой, необъяснимой и непознанной, той войне, на которой  гибли и страдали наши дедушки и  бабушки.

Наверное, мы последние, у кого эта память и эта потребность – ворошить воспоминания предков – еще есть.

Наверное, поэтому мы богаче молодых – потому что в нашей памяти еще есть картинки страшного, но великого времени, в котором люди были чище и понятнее, а эмоции – ярче и резче: перед ежедневной угрозой смерти, перед ежеминутной необходимостью прожить свой последний день.

Несколько таких картинок всплывают в моей памяти наиболее часто – потому что на них нарисована настоящая  любовь, настоящая дружба и очень короткая, но настоящая жизнь.

Сергей Будкевич уходил на фронт, оставляя дома молодую беременную жену – сынок, Сережка, родился через несколько месяцев после начала войны. Прощались у подъезда – заплаканная, встрепанная жена с огромным пузом, растерянный солдатик и его друг.

«Если я не вернусь с войны, приедешь, женишься на Татьяне и вырастишь Сережку», – почему-то казалось, что такой завет успокоит рыдающую жену. Пришлось отрывать ее от себя и почти убегать – слышать этот вой было выше человеческих сил.

Вера  родила, выкормила до полугода, сдала  малыша своей матери и отправилась  на фронт медсестрой – из части  в часть, из госпиталя в госпиталь  она переводилась в бесплодных попытках отыскать мужа.

Редкие фронтовые треугольники долго шли, разыскивая Татьяну в тылах, и пока доходили – их автор воевал уже за тысячи километров. Только в сорок четвертом она наконец нашла его: боевого офицера назначали комендантом Калининграда, теперь он никуда не денется, есть Калининград – есть и Сергей.

Она выпросила недельный отпуск и рванула в Калининград – на попутках, пешком, как попало, в романтической новелле сказали бы – на крыльях. За пару километров до города выпросила у полкового радиста возможность сообщить коменданту – мол, еду, буду через час, жди!

Комендант вышел на крыльцо покурить – час прошел, вот-вот из-за поворота должна была показаться долгожданная полуторка. И когда он докуривал вторую папиросу, немецкий снайпер из соседнего здания спустил курок. Вера опоздала всего на три минуты.

А тот друг – он вернулся, нашел Татьяну, женился на ней и вырастил Сережку. Он совсем недавно умер, этот Сережка – очень известный белорусский журналист.

Он  жил очень-очень скромно: сегодняшняя  погода за дорогостоящим комфортом, потребительской состоятельностью и дешевым статусом его нисколько не беспокоили.

Зато каждый день до ночи, совершенно за бесплатно, он учил, объяснял, помогал, переделывал и переписывал – учил молодую журналистскую братию. Просто потому, что больше учить было некому.

Они еще живут – люди той войны, люди без лишнего и наносного, без ненужного и сиюминутного. Люди, которые правильнее нас – потому что они каждый свой день проживают как последний, а поэтому – как самый важный.
 

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
VELVET: Анна Северинец
#
Система Orphus