Помню, в школе для меня это было откровением.

Оказывается, некоторые мужья и жены спят не в одной постели.

И даже не в одной комнате. И не потому, что поссорились, а потому, что очень уж любят друг друга.

Почерпнула я это знание, как и положено простой советской отличнице, из романа Чернышевского «Что делать?» — очень откровенной, между прочим, по советским временам книжке, в которой интимные вопросы обсуждались довольно открыто.

Так что опыт знаменитой Веры Павловны, которой наснились в собственной безмужней комнате удивительные коммунистические сны, крепко засел в моей голове.

Вообще-то почему-то считается, что муж и жена должны все-все делать вместе.

Подчеркну: не «хотят», а «должны».

Должны одинаково думать, одинаково хвалить и ругать, иметь одинаковых друзей, ходить вместе на все праздники и вечеринки, не иметь друг от друга секретов (заначка не считается) и обязательно спать в одной постели. При этом желательно быть одним целым и принадлежать друг другу с потрохами.

Кто ухитряется жить в браке в таком вот положении сиамских близнецов, считается молодцом, а кто позволяет отдельно растущим рукам и ногам несинхронно болтаться и несогласованно поворачиваться, у того что-то немножко не так. Какие-то проблемы. Трещины, что ли.

И стоит случиться какой-нибудь мало-мальски серьезной семейной ссоре, обязательно найдется двоюродная тетя или соседка с пятого этажа, которая глубокомысленно скажет: а что вы хотели, они ж давно спят в разных постелях…

Вообще-то это славянское изобретение — такая катастрофическая созависимость.

И на Востоке, и на Юге, и на Западе отдельные половины дома для женщин и мужчин, отдельные спальни супругов — вовсе не редкость.

Мы же со своей извечной «соборностью», «общинностью» и постоянным желанием «владети» хоть кем-нибудь полноправно и безраздельно удачно попали в социализм его коммунным мышлением и острым жилищным вопросом, решаемым за счет микроскопических квартирок.

И теперь слово «спальня» у нас воспринимается как «общая комната супругов», а такие понятия, как «мамина комната» и «папина комната» вообще исчезли из семейного обихода. Не до жиру, быть бы живу.

Зато всегда отыщется место для «зала» — огромного малофункционального пространства, где якобы все собираются вместе и сплачиваются семьей.

Психологи утверждают: у современного городского жителя существует серьезная проблема отсутствия  личной территории.

Откуда берется этот извечный «гараж, в который он ходит», бесконечные женские разговоры по телефону, общая напряженность и желание смотаться куда подальше от семьи, как не от этой нехватки личного, собственного, только моего пространства?

Говорят, у каждого из нас в семье должен быть свой и только свой угол.

При любом метраже и количестве комнат.

Жертвовать можно залом или коридором, но только не личной территорией. 

Потому что иначе мы и вправду станем одним целым.

И немедленно потеряем себя.