Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Редакционный проект 2013. Юля Петруненко разгадывает тайну смерти Есенина

Стоит ли говорить, что юлино письмо я прочитала самым первым из всех, пришедших мне на почту в этот день?

Одна из самых неразрешимых загадок ХХ века, тайна, которую до сих пор не раскрыл никто — а ведь пытались многие и многие! — попала в руки дипломированного юриста и талантливого филолога Юлии Петруненко, которая учится читать вдумчиво. Давайте прочитаем ее письмо вместе. 

«Есенин для меня — это в первую очередь выразительные образы, живые, объемные. Его, кстати, можно не читать вдумчиво. Возвращаясь к «пищевым» сравнениям из нашего с Анной диалога, «мой» Есенин — это фаст-фуд, но очень лакомый. Его поэзию можно не пережевывать, силясь распознать ингредиенты, достаточно запаха и послевкусия. Пробежаться глазами по рядам слов — и вот, перед глазами живописная картина.

«Колдунья», например. Попробуйте просто проглотить слова, не расшифровывая их. И какой колоритный персонаж рождается из сплетения слов, даже не слов, а слогов, букв.

Косы растрепаны, страшная, белая,

Бегает, бегает, резвая, смелая.

Темная ночь молчаливо пугается,

Шалями тучек луна закрывается.

Ветер-певун с завываньем кликуш

Мчится в лесную дремучую глушь.

Роща грозится еловыми пиками,

Прячутся совы с пугливыми криками.

Машет колдунья руками костлявыми.

Звезды моргают из туч над дубравами.

Серьгами змеи под космы привешены,

Кружится с вьюгою страшно и бешено.

Пляшет колдунья под звон сосняка.

С черною дрожью плывут облака.

Еще Есенин для меня — это метафоры, захватывающие дух. Вот их хочется посмаковать,  растянуть удовольствие… Больше всего нравятся, как изящно Есенин одушевляет природные явления. Даже один и тот же образ лебедя у него каждый раз звучит новым, точным, звонким сравнением:

«По пруду лебедем красным

Плавает тихо закат»

«Снова выплыл из рощи

Синим лебедем мрак»

Кстати, Есенин, видимо, тоже любил «пищевые» сравнения. Метафоры с глаголами «сосать», «лизать», «глодать» и их производными мне всегда казались очень сильными:

«Как кладбище, усеян сад

В берез изглоданные кости»

«Вижу, вижу, как сумерки лижут

Следы человечьих ног»

«Небо словно вымя,

Звезды как сосцы.

Пухнет божье имя

В животе овцы»

Вот это — любимое. Коротко и выразительно:

«Там, где капустные грядки

Красной водой поливает восход,

Кленёночек маленький матке

Зелёное вымя сосет»

Получив задание расшифровать смерть Есенина по его предсмертному стихотворению, я, конечно, перечитала многие его стихи. Поздние меня немного разочаровали. Они так же прекрасны своей живой, выразительной, эмоциональной стилистикой. Но почти в каждом из них — усталость от жизни, разочарование в любви, упоминание о смерти.

Для Есенина очень характерна встреча в рамках одного стихотворения рождения и смерти (Песнь о собаке), смеха и слез, грусти и радости. Его выражения «тоска веселая» или «невеселое счастье» во мне, человеке взаимоисключающих эмоций, вызывали дисбаланс восприятия и неприятную тревогу.

Поэтому спросите меня, смог бы автор этих строк уйти из жизни по собственному желанию, и я скажу: да, смог бы, в нем была заложена, как бомба замедленного действия, программа самоуничтожения. Невозможно же писать и думать в каждой строке о смерти, представляя свою смерть и так и этак и не вдохновиться ею настолько, чтобы однажды не посвятить себя ей собственноручно.

Кстати, нашла у Есенина несколько произведений, которые так или иначе можно назвать прощальными или предпрощальными: «Исповедь самоубийцы», «Мы теперь уходим понемногу...»

Но не буду пытаться сравнивать их с предсмертным. Вы просили проанализировать это стихотворение как криминалисту, а не как литературоведу.

Итак.

До свиданья, друг мой, до свиданья.

Милый мой, ты у меня в груди.

Предназначенное расставанье

Обещает встречу впереди.


До свиданья, друг мой, без руки, без слова,

Не грусти и не печаль бровей,-

В этой жизни умирать не ново,

Но и жить, конечно, не новей.

Вроде бы все очевидно. Есенин готовится к смерти и прощается с неким «милым другом», утешая и приободряя его, а заодно и себя.

Первое, что кажется неуместным, это слова «До свиданья»… Казалось бы, перед смертью прощаться принято. Но Есенин в следующих строках объясняет свой выбор. «Пред­наз­на­чен­ное рас­ста­ва­нье Обе­ща­ет встре­чу впе­ре­ди». Тогда логично, но вот прощаясь с тем же Мариенгофом (даже не посмертно), Есенин все равно употребляется более эмоциональное «прощай». Хотя, конечно, «до свиданья» звучит утешительнее. В предсмертную минуту меньше всего хочется прощаться…

Кстати, к выражению «Пред­наз­на­чен­ное рас­ста­ва­нье»  у меня возник вопрос: что значит «предназначенное»? Если расставанье — это смерть, то можно ли «предназначить» смерть самому себе? Предназначенье — это судьба, рок, воля со стороны: «Мне предназначена смерть».  А выражение «Я предназначил себе смерть» — как минимум мне кажется алогичным, как максимум — убогим. Но поэт, конечно, может поиграть нюансами.

«Встреча впереди» подтверждает веру Есенина в жизнь после смерти. Обращаясь «К покойнику», Есенин утешает себя и умершего той же встречей. Здесь все сходится.

Не сошлась у меня в голове фраза «До сви­да­нья, друг мой, без ру­ки, без сло­ва…» Очевиден посыл: расстаться молча и без рукопожатий. Но не понравился ряд, в котором «рука» (часть тела)  и «слово» (звуковое явление, производное от части тела) стоят через запятую. Они должны дополнять друг друга, прорисовывая общую картину. А она у меня распадалась на составные части и получалась убогой.

Последнее двустишие: «В этой жизни умирать не ново, Но и жить, конечно, не новей» тоже можно трактовать двояко.

С одной стороны так: смерть — это обыденное явление, едва ли не скучное, но и жизнь тоже в этом плане малоценна, поскольку еще более скучна.

Но если думать о «жизни» как о жизни конкретного человека, т.е. «В этой жизни мне умирать не ново», то фраза приобретает другое значение. Слово «умирать» становится метафорой, и можно подумать о смерти отношений, о расставании, о творческой безысходности, о глубокой душевной усталости и т.д., т.е о том, что уже случалось в жизни Есенина или его милого друга. Правда, тогда вызывает сомнения последняя строка.

Думаю, вряд ли такой мастер слова, как Есенин, злоупотребил бы словами «жизнь» и «жить» в одном предложении, оставив им одинаковый смысл…. Если это, конечно, был он.

Однозначных выводов сделать не смогла, поэтому сделаю их на пример настоящих криминалистов.

Выводы:

Мог ли Есенин покончить жизнь самоубийством? Мог.

Мог ли Есенин написать это стихотворение? Доказать это, как и обратное, не представляется возможным.

Могло ли быть стихотворение предсмертным? Оно могло быть предсмертным. Но оно могло быть прощальным — в случае смерти «милого друга» или просто вынужденного расставания, разрыва отношений.

Комментарий куратора.

Скажу сразу: юлин анализ поэзии Есенина — один из самых глубоких и оригинальных, которые мне приходилось читать.

Замечания по поводу «пищевых метафор», взаимоисключающих эмоций и особенно — о «предназначенном расставании» — достойны серьезных исследований. У меня просто мурашки бежали по спине, когда я юлиными глазами открывала новые краски в таком знакомом, а значит, «замусоленном» моими читательскими стереотипами, тексте Сергея Есенина.

Потрясло еще вот что: сама того не зная, Юля едва ли не слово в слово повторила текст литературоведческой экспертизы, которую проводили сотрудники филфака МГУ по просьбе следствия в 90х годах. Именно строка «без руки, без слова», по мнению маститых филологов, выдает подделку — не мог большой поэт Есенин, даже находясь в особенном эмоциональном состоянии, написать такую «убогую» строчку. Некоторые специалисты считают, что авторство стиха принадлежит другу Есенина Владимиру Эрлиху, предположительно связанному с НКВД и находившемуся рядом с поэтом в последние дни.

И вот что интересно: если до юлиного анализа я была твердой сторонницей «суицидальной версии», ее аргументы против предсмертного стихотворения серьезно поколебали мою уверенность. И даже больше: версия о том, что поэт писал прощальное стихотворение какому-то ушедшему другу (а может быть, и самому себе, своему лирическому двойнику, уставшему, размышляющему о пройденном), показал его Эрлиху, тот «маякнул» товарищам об удачном совпадении, и те впопыхах, особенно не стараясь, обустроили убийство, замаскированное под суицид, показалась мне вполне имеющей право на существование.

Пойду-ка внимательно перечитаю Есенина.

Еще раз.


Ну, а для Юли и пытливых вельветчан — загадка следующая.

Продолжаем читать вдумчиво, обращая внимание на мелочи.

Например, на имена, отчества и фамилии героев.

Почему, скажем, Обломова зовут… кстати, как его зовут? А по батюшке? А его лучшего друга? А что скажете о фамилии этого достойного человека? А любимая девушка Обломова — о чем нам говорит ее имя? А жена? Ее-то почему зовут именно так?

Уверяю вас: когда мы докопаемся до истины, обращая внимание на имена героев этого великолепного романа, мы наконец-то поймем, что имел в виду Гончаров, когда писал свой поистине замечательный роман.

К слову: кто помнит, как звали Базарова? А его идейного оппонента? Тоже — любопытная парочка.

Так что вперед, к цели! Ждем следующий юлин отчет и ваши вельветовые соображения.

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
VELVET: Анна Северинец

Комментарии

Всего комментариев (10) Последнее сообщение
Юлия Петруненко аватар

Здорово!

Когда училась, можно было читать произведения на выбор. Обломов - персонаж "заюзанный", имя нарицательное, заочно казался неинтересным. Поэтому из Гончарова читала "Обрыв". А к "Обломову" так и не вернулась. Ну что ж, возьму в отпуск.

"Отцы и дети" придется тоже перечитать, хотя образ нигилиста Базарова в памяти свеж. Но имена??... Они, конечно, вызывают определенные ассоциации, но не хочется искать разгадку на поверхности.

Сказка аватар

Обломова звали Илья Ильич. Друга его Андрей Иванович Штольц. Любимую девушку - Ольга Сергеевна Ильинская. А женился он на Агафье Матвеевне Пшеницыной. Это я хорошо помню.

А вот про Базарова вообще ничего не помню... 

Анна Северинец аватар

Отлично! А - почему их именно так звали? Или - наоборот - что за герой должен быть ,чтобы его звали именно таким именем?

Базарова звали Евгений Васильевич. Очень интересное имя! 

Сказка аватар

Ну, Аня, задали вы вопросов на целое сочинение. Сейчас некогда, надо собираться... мороженое есть.

А про Базарова я, к стыду своему, не то что имя/отчество, но сюжет плохо помню... 

Анна Северинец аватар

Ну, там все умерли в конце  грустный роман:)

Но мороженое - важнее! Не отвлекайтесь! Потом "добазарим" 

fucsia аватар

Базаров мой лю персонаж.... Так я плакал((

fucsia аватар

А, совсем забыла, классно Юля написала. Талантливый человек талантлив во всём , вспомнилось.

Юлия Петруненко аватар

Тати аватар

Юля просто молодчина!!! Такую работу проделать....

Ни про Обломова, ни про Базарова практически  ничего не помню...

Юлия Петруненко аватар

спасибо!

#
Система Orphus