Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Везде ли есть сироты и отказники?

Может быть, в благополучных странах уже научились справляться с этим явлением?

7032.jpg

В нашем массовом сознании сиротство и отказничество прочно связываются с финансовым благополучием.

Нам часто кажется, что есть одна серьезная причина для матери отказаться от своего ребенка — это отсутствие денег на его содержание.

Остальные причины — единичны и не показательны.

А между тем сироты и отказники есть во всех благополучных странах, и, кстати говоря, в нищей Африке сирот — много, а вот отказников — на порядок меньше, чем на богатом европейском континенте.


Откуда берутся сироты

Везде — и в Беларуси, и в России, и в западных странах ситуация примерно одинакова.

Из ста детей только пятеро остаются без попечения родителей по причине смерти взрослых, остальные — дети из так называемых социально неблагополучных семей, получившие свой статус либо после того, как родители от них отказались, либо после того, как нерадивых папаш-мамаш лишили родительских прав.

В российской педагогической практике принято разделять «собственно сирот», то есть детей, чьи родители умерли, и социальных сирот (здесь говорят об «отказниках», «лишенцах», чьи родители лишены родительских прав, интернатских сиротах, то есть детях, живущих в специальных интернатах и находящихся подолгу вне родительского внимания, и, наконец, «домашних сиротах», живущих в семьях, но обделенных родительским вниманием).

velvet_1.jpgВоспитанники детского дома в Бобруйске. Почти у каждого из них где-то есть мама. Фото: bobr.by

Сиротство — не есть проблема финансовая. Это — проблема нравственная. Родители, плодящие сирот — алкоголики, наркоманы, инфантильные взрослые, не умеющие отвечать за свои поступки, но еще и выросшие дети-сироты, не имеющие перед глазами образца семьи.

Значит, воспитывать сирот нужно все-таки в семьях. Но как это сделать?

Облегчить процедуру усыновления и раздавать детей каждому, кто захочет взять? 

Назначить приличную зарплату приемным родителям?

Обеспечить им хоть какой-нибудь уход в условиях невозможности поместить в семью?

Перестать лишать родительских прав и дать возможность детям расти хоть в какой-то, но — семье? 

velvet_2.jpgФото: bobr.by

Что с ними происходит

А вот здесь начинаются различия. В России и в Беларуси до сих пор, как и сто лет назад, самым обыкновенным местом, в котором живет сирота, является детский дом.

Это, конечно, не совсем тот детский дом, о котором мы знаем из шокирующих документальных и художественных фильмов конца девяностых, но и не санаторий: мизерные зарплаты сотрудников, экономное финансирование, традиционное равнодушие местных властей.

Дети, выходящие в свет из детских домов, к сожалению, оказываются полностью неспособными строить адекватную взрослую жизнь: только десятая часть выпускников детдомов создают благополучные семьи и никогда больше не попадают в поле зрения надзорных органов.

Приемные семьи в России — непростой и не всегда спокойный труд.

К примеру, история большой семьи Гореловых, воспитывающей 17 детей, началась с доносов — соседи, недовольные переездом в дом такого количества детей, немедленно организовали потоки гневных писем во все инстанции.

velvet_0.jpgЛилит и Александр Гореловы с младшими детьми. Фото: mk.ru

Поэтому мы все чаще присматриваемся к западной практике воспитания сирот и начинаем перенимать западный опыт.

В Великобритании, к примеру, детских домов как таковых нет. Совсем недавно закрылся один из старейших детских домов, «Земляничные поляны», воспетый Джоном Ленноном в знаменитой песне «Strawberry Field» — там оставались три ребенка, которым вскоре были найдены приемные семьи.

Есть небольшие приюты при церквях, частные школы, берущие на обучение сирот, есть большие семьи, в которых родители-воспитатели растят приемных детей вместе со своими, но главное — там прекрасно развит институт усыновления.

velvet_4.jpgСемья Питта и Джоли — пример для родителей по всему миру. Фото: godsvadba.ru

Усыновить ребенка может любой британец старше 21 года, при этом формально уровень его доходов или семейный статус не так уж и важен. Но это — формально. На практике органы опеки внимательнейшим образом изучают каждого усыновителя.

Ребенка отдадут не слишком богатой семье, в которой очевидно желание растить ребенка-сироту — и откажут олигарху, если заподозрят его в неискренности намерений. 

Каждый год в Великобритании усыновляют около пяти тысяч детей.

Всего же на сегодня 68 тысяч маленьких британцев находятся под защитой не семьи, а государства.

В Германии детских домов тоже не осталось. Наиболее популярная форма устройства сирот — это детские коммуны и приемные семьи. Мало того: если есть хоть малейшая возможность сохранить контакт ребенка с родителем — его сохраняют.

Некоторые детские коммуны возвращают детей, сытых, одетых и досмотренных, в семьи на ночь, некоторые — на выходные, в каждой коммуне и приемной семье есть возможность — от специально отведенного времени до специально отведенного помещения, транспорта по доставке и прочего комфорта — для встреч малыша с родителями или любыми другими родственниками.

«Коммуна — это временно, а родители — это навсегда» — таков девиз социальных работников в этой стране, в которой около 50 тысяч детей остались без родительского внимания. 

Кстати, в Германии есть и такая красивая традиция: приемные семьи приглашают к себе одиноких людей, стариков, пожилых, молодых не-сирот, но почему-то оставшихся в одиночестве, встретить праздники Рождества или Нового года.

velvet_3.jpgРождество в приемной семье, Германия. Фото: godsvadba.ru

Официально нет детских домов и в Америке, хотя сирот много, более 400 тысяч.

Там существуют временные приюты, в которых дети ожидают помещения в так называемые «фостерные семьи», в которых родители-воспитатели, получающие хорошую заработную плату, растят и воспитывают детей, лишенных родительского внимания. 

Из таких фостерных семей усыновить ребенка практически невозможно, да и смысла нет — здесь дети получают адекватный опыт семейной жизни, разве что семья получается большая, что всегда хорошо.

Поэтому американцы — лидеры по количеству усыновлений из других стран: желающих дать брошенному малышу тепло и счастье значительно больше, чем оставшихся без внимания брошенных малышей. 

А вот вернуться из форстерной семьи в родную можно всегда, была бы добрая воля биологических родителей. По статистике, на 2010-й год в фостерной системе США находилось 408 тысяч детей. 48 % из них (194 тысячи детей) проживали с фостерными родителями-неродственниками, 26 % (103 тысячи) — в фостерных семьях родственников, 50-60 % детей из фостерной системы возвратились к своим родителям.

Кстати, в Америке непопулярна идея тайны усыновления — там приемные дети знают, что они — приемные. Так, считают американские мамы и папы, у них сохраняется шанс воссоединиться с родными.


В центре внимания — отказники

Интересный проект осуществлен и работает в Казахстане: его создатели так же озаботились в первую очередь возможностью детей вернуться в родную семью.

И даже раньше: спонсоры, волонтеры и идейные вдохновители проекта «Дом мамы» решили помочь мамам принять решение оставить ребенка, даже если хочется от него отказаться. Двадцать «Домов мам» предоставляют жилье, юридическую и психологическую, материальную и социальную помощь женщинам, которые изменили свое решение и все-таки оставили малыша, сроком от года до полутора.

20140625_123806.jpgЖенщины в «Доме мамы». Фото: otyrar.kz

Проект, конечно, спорный. Не воспитывается ли таким образом иждивенчество, не возникает ли привыкания к халяве, не становится ли ребенок всего лишь средством получить приют, деньги и пристальное внимание хотя бы на полтора года?

Есть и такое, говорят организаторы. Но все же положительных моментов больше.

За все время существования проекта более 500 детей избегли детдомовской участи, их мамы с каждым днем все больше и больше привязывались к своим малышам, с радостью принимая на себя все возрастающий груз родительских обязанностей.

Ради тех, для кого «Дом мамы» оказался спасением, стоит принять и тех, кто просто пользуется проектом.


У нас

Есть интересные проекты и у нас. Не первый год работают в Беларуси «детские деревни» — поселения, в которых приемные родители воспитывают большие семьи, приемные семьи по аналогии с «фостерными» семьями Америки. Оказание благотворительной помощи таким семьям и таким организациям стало обычным благим делом для спонсоров, обеспеченных белорусов и зарубежных благотворителей.

И все же — узок круг этих людей, и держится в таких организациях все на энтузиастах.

Наши отказнички, которые всегда есть в любом роддоме, в любой больнице, вроде бы такие присмотренные, если почитать нормативные документы, и такие несчастные, если заглянуть к ним в одинокую палату…

Кто из нас не видел этих отказничков: запертые за прутьями детской кроватки, загнанные, несчастные детки, такие отзывчивые на любую, какую угодно ласку, такие быстрые на любовь, и такие ненужные — много ли найдется людей, готовых нянчиться с ними вместо мамы?

И даже не так: может ли вообще кто-нибудь в мире — пусть даже самая жалостливая нянечка или самый внимательный доктор — быть вместо мамы?

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
VELVET: Анна Северинец

Комментарии

Всего комментариев (3) Последнее сообщение
Сказка аватар

Раньше мне казалось, что я смогла бы взять чужого ребенка, воспитывать его, быть ему мамой. Сейчас кажется - не смогла бы.

Кстати, в нашем городе в этом году закрыли школу-интернат.

В приемным или фостерных семьях тоже есть определенные проблемы. И почему-то мне кажется, что они одинаковы, что в нашей стране, что в других. Где-то дети действительно находят людей, ставших им родителями, но во многих случаях - это конвейер, ушли одни - пришли другие, не понравился - можно отдать назад в интернат. К кому-то повзрослевшие дети приезжают на каникулы, привозят познакомиться своих супругов и детей, и приемные родители становятся бабушками и дедушками, помогают и общаются. Но во многих случаях - после 18 или после поступления дверь в дом приемному ребенку закрыта, ему там не рады, ведь приемные родители уже не получают зарплату и значит, уже "ничем не обязаны".

И еще - я категорически не считаю, что детям лучше "хоть в какой-нибудь, но семье".

Dasa аватар

Хотела бы взять приёмного ребёнка. Спокойно думала об этом, когда у меня ещё не было своих детей, и я не знала, будут ли. И сейчас могла бы. Но такое решение в одиночку не принимается. Близкие против.

Расскажите про наш проект "Дома для мам". Показательно. 

Sun аватар

Я знаю, что у нас в стране, как бы остро все еще ни стоял вопрос деток, оставшихся без родителей, проблема решается. Если сравнить статистику по количеству детей, которые находились в различных специальных учреждениях пять лет назад и сегодня, мы увидим большой прогресс. 

Сейчас там остаются дети с различными тяжелыми заболеваниями, а все более-менее здоровые дети (именно более-менее, т.е. у всех есть разные диагнозы) довольно быстро попадают в семьи. При этом усыновление в приоритете. И при этом ребенка, который находится в ДД семейного типа могут усыновить, т.е. передать его из семьи, в которой он находится, в другую, но с новым статусом.

Спасибо СМИ за то, что влияют на массы, пропагандируя семью и усыновление. Спасибо сознанию людей, которое меняется в сторону "скорее за", нежели абсолютно против усыновления. Мне кажется, мы на верном пути. 

#
Система Orphus