Полная версия сайта Мобильная версия сайта

Каков сегодня механизм защиты рода человеческого от самоубиства?

Время, когда они были одинаковыми для всех, давно прошло, но и времена, когда они у каждого были своими, тоже заканчиваются.

16130834c43fnhu8uzhcc6.jpg

Нынешняя эпоха с точки зрения культурологов, литературоведов и социологов называется эпохой постмодернизма, как явствует из названия — то, что пришло после модернизма.

Название опасное, практически тупиковое: что может наступить после того, что и так наступило после?

Как называть следующий период — «постпостмодернизм»? Или ребята решили, что после них уже ничего не будет?


Постмодернизм вкратце

До постмодернизма художественные системы и стратегии культурного мышления имели красивые и взаимно свободные названия: Возрождение, Просвещение, барокко, классицизм, романтизм, реализм, модернизм… Они сменяли друг друга последовательно и логично, отображая усложнение духовных поисков человечества и углубление общей проблематики искусства.

И тут вдруг — на тебе, какое терминологическое хулиганство, перекрывающее дальнейшие поиски!

velvet_1.jpg

Умберто Эко, теоретик и практик европейского постмодернизма

Но и это — вполне логично, ибо постмодернисты с ходу объявили, что искусство уже заканчивается, смысла в нем больше нет, все уже написано, а поэтому осталось только подвести итог — и прекратить, в конце концов, марать бумагу и холсты повторением дурацких истин.

Постмодернизм впервые в истории человечества поднял руку на нравственные ценности и сказал в глаза человечеству: нет никаких общих нравственных ценностей. Все — выдумки. То, что ценно для одного, не представляет никакого интереса для другого, и никто не имеет права навязывать свой собственный ценностный ряд другому человеку.

С одной стороны, это прекрасно. И правда, как легко жить, когда твоя система ценностей объявляется приоритетной.

Но с другой стороны, это значит, что система ценностей насильника и убийцы точно так же имеет право на равное с твоим существование.

vekvet_2.jpg

Венедикт Ерофеев одним из первых в русской литературе по-постмодернистски высмеял «сквозь пьяные слезы» все, в том числе и постмодернизм

Теоретики и практики постмодерна, единожды начав, не смогли остановиться: никаких морально-нравственных систем постмодернизм не признает. И борьбу с ними — тоже не признает. И создание новых — тоже, естественно.

Все, что может делать постмодерн с нравственностью — стебаться над ней. С болью, с ужасом, с осознанием собственного падения — но только смеяться.

Потому что как можно после двадцатого века с его лагерями, войнами, пытками, братоубийством и бешеным потреблением вообще всерьез говорить о морали и нравственности применительно к человеку?

Постмодерн фактически умер. Сегодня его уже, будем считать, нет.

Что придет ему на смену — никто пока не понял. То ли постреализм (опять этот «пост»), то ли Неовозрождение в исполнении молодых цивилизаций, то ли еще что-то непонятное. Но постепенно постмодернистские общества со своей безграничной терпимостью к инакомыслию и инокультурности понимают: нельзя жить без ценностей, и если их кто-то разрушил, то нужно немедленно создавать новые.


Для чего нужны ценности

Дело в том, что мораль и нравственность появились в человеческом обществе не просто так. Еще на заре существования человечества первые люди обнаружили: если не ограничивать жестокость друг друга, вымрут все.

velvet_3.jpg

Склонность человека к убийству, генетическая нетерпимость к чужакам, умение превращать страх в агрессию, а тревогу в ненависть грозили виду вымиранием: самки рожают не так быстро, как быстро самцы убивают друг друга. Тогда и появились зачатки моральных систем. Это был вынужденный механизм защиты биологического вида от самоубийства.

С тех пор ничего не поменялось: люди, лишенные нравственных императивов, довольно быстро «теряют берега» и начинают убивать. Неверных мужей, ленивых жен, жадных родителей, непослушных детей... Дальше — больше: тех, кто верит не в того бога, тех, кто читает не те книги, тех, кто поет не те песни.

Моральные и нравственные рамки, будучи просто правилами игры, работают не всегда хорошо и не всегда надежно, но другого способа управлять собственной страшной природой человечество так и не придумало.

Поэтому ценности — нужны.

Они должны быть простыми, освященными традицией, выработанными конкретным коллективом людей, живущих в данном климате в данных отношениях, они могут быть более или менее строгими, но без них человечество очень быстро исчезнет.

Да, они бывают глупы, да, они бывают никчемны, да, они часто вступают в противоречие с нашими собственными желаниями и устремлениями, но без них нам — смерть.


Ценности для себя

Постмодерн все-таки оставил после себя и позитивное наследство. Теперь мы знаем: выбор и принятие ценностей — дело важное, добровольное и ответственное. Мало того: единоличное.

Не придет добрый дяденька и не даст тебе твои собственные ценности, а если придет — то бойся его, ибо навязанные ценности всегда сопряжены с обязанностью навязать их как можно большему числу неофитов.  Теперь, после эпохи постмодерна, каждый из нас за свои ценности ответственен сам.

velvet_5.jpg

А дальше — богатейший выбор.

Можно обратиться к религиозным нравственным системам и понять, какая из них тебе ближе. Можно — принять нравственную систему своей семьи. Можно — создать свою.

Но это не все. Свое собственное нравственное творение нужно согласовать с системой, принятой в обществе и понятной твоему кругу общения. Теперь — вписать ее в систему законов и уложений, действующих в твоем государстве. Вот сколько шор, упряжей, уздечек и вожжей нужно надеть на себя человеку, чтобы дать возможность ближнему пусть и не рассчитывать на взаимную любовь — но хотя бы чувствовать себя в безопасности от соседа.

Если бы мы помнили себя в младенчестве, мы бы знали, как это приятно — точно знать, что такое хорошо, а что такое плохо. Это знание рождает безопасность и создает условия для роста. Это знание помогает идентифицировать себя и общаться с родными.

Рамки, правила, границы, запреты и разрешения — это удобная и понятная система, в которой человеку может и не всегда свободно,  но всегда безопасно.

К этому приходят многие мудрые старики — недаром они считаются самой консервативной и самой тяжелой на подъем частью общества. Старики знают: эксперименты с нравственными системами всегда заканчиваются плохо.

Ценности мудрецов светлы и прозрачны, понятны и незыблемы — совсем как ценности правильных младенцев.

Но пока мы уже не младенцы и еще не старики — мы ищем свои опоры. И как драматичен и суров порой бывает этот поиск…

Заметили ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter. Благодарим за помощь!
fb 0
tw
vk 0
ok 0
VELVET: Анна Северинец

Комментарии

Всего комментариев (4) Последнее сообщение
Юлия Петруненко аватар

Такое интересное начало и нудная лекция в продолжение 

Ъжслое аватар

Вы так говорите "смерть", как будто это что-то плохое.
Мама - анархия, папа - стакан глинтвейна...
Ценности не нужны. А к тем, кто принесёт их нам, мы применим титановый лом.

Kozlik Mozlik аватар

qtoy9fbzy1w.jpg

Kozlik Mozlik аватар

рассматривать постмодерн вне религиозного поля бессмысленно. искусство только рефлексирует кризис философии, кризис смыслов. 

 

совсем как ценности правильных младенцев

--------------------------------------------

#
Система Orphus